Когда солнце скрывается за горизонтом, а город затихает в ожидании ночи, в его недрах просыпается нечто древнее, нечто такое, что не должно существовать. Оно прячется в подвалах, в канализационных лабиринтах, в тех местах, где свет никогда не бывает ярким, а тени кажутся живыми. Его зовут Живот не потому, что оно питается плотью, а потому, что оно ест саму реальность, переваривая воспоминания, страхи и время. Оно не нападает. Оно ждёт. И когда ты наконец понимаешь, что оно здесь, уже слишком поздно.

Главный герой, бывший полицейский, чьё имя давно стерлось из памяти, бродит по городу, разыскивая свою дочь. Она исчезла три дня назад, и единственная зацепка странные символы, нацарапанные на стенах её комнаты. Символы, которые он уже видел раньше. В кошмарах. В полицейских отчётах о пропавших без вести. В глазах тех, кто выжил после встречи с Животом. Город мёртв, но не от безжизненности от того, что Живот выпило из него всё человеческое. Дома стоят, машины ржавеют, люди бродят как тени, не замечая друг друга. Они не живут. Они выживают.

Каждый шаг приближает его к истине, но каждый шаг отнимает у него частичку разума. Живот не просто охотится. Оно играет. Оно подкидывает ему кусочки головоломки, которые не складываются ни в какие логические цепочки. Почему его дочь кричала о чёрном рту Почему в подвале их дома нашли останки не человека, а чего-то другого Почему ночью в окнах соседних домов иногда мелькают лица, которых никогда не существовало Он ищет ответы, но Живот кормит его ложью, заставляя сомневаться в том, что он когда-либо был нормальным.

Фильм не похож на традиционные ужасы. Здесь нет кровавых сцен, нет монстров с клыками и когтями. Живот это нечто куда более жуткое: оно растворяется в воздухе, оставляя после себя только пустоту. Пустоту в памяти. Пустоту в душе. Пустоту в самом пространстве. Режиссёр играет с восприятием зрителя, заставляя его чувствовать, что Живот уже здесь, рядом, дышит ему в затылок. Звук единственное, что выдаёт его присутствие: шелест, похожий на шорох миллионов крошечных лапок, скрип дверей, которые никто не открывал, и смех. Глухой, булькающий смех, доносящийся из nowhere.

В финале герой понимает, что Живот никогда не было врагом. Оно часть города, часть его самого. Оно не нападает. Оно приглашает. И когда ты в последний раз оглядываешься на свой дом, прежде чем шагнуть в темноту, ты понимаешь, что никогда не был один. Оно всегда было здесь. Оно всегда было внутри.